Южная звезда
Загружено: Четверг 17 Август 2017 - 12:32:08
ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ № 1(62)
Алексей Зиновьев
 Уроды

Утро было солнечным. Несмотря на середину недели и необходимость добираться сюда пятьдесят километров от ближайшего города, пляж был практически полон. Гордый своей способностью отпроситься на час пораньше с работы и приехать в этакую даль, средний класс восседал на купленных по акции пледах и алюминиевых стульчиках, скользя взглядом победителя и хозяина жизни по сопкам, таявшим в бесплотной синеве у горизонта.

Мужчина в розовой футболке с аккуратно недостриженной бородой, плотный и рельефный, оглядывается на супругу, не пожелавшую смывать так старательно нанесенный тональник и тушь, подаренную Светкой, слетавшей в Париж («А мы из-за Андрея торчим на этом чертовом севере, «Надо работать, ипотеку выплачивать!», работает он, перед телевизором, кормилец»), но посылающую проверить его - холодна ли вода. Ни о каком купании, конечно, не может быть и речи: все выходные и вчера за окном было не больше восьми градусов, но для того, чтобы завтра намеренно усталым голосом заявить подругам: «Мой попробовал, говорит, вода ледяная. Куда я-то полезу!?». На мужа, закатавшего штанины и с сом­нением входящего в воду, от которой начинает ломить ступни, ей плевать, по ее мнению, настоящий мужик и в прорубь полезет, не оглянувшись, но делать на реке больше нечего, а дома немытая посуда, пыль, а завтра надо еще в парикмахерскую заскочить. В доказательство своих мыслей она запустила в белую шевелюру пальцы, и коралловая пластмасса ногтей задумчиво поблуждала среди непрокрашенных корней.

«…отец говорил, они сюда еще в семидесятые в мае на мотоцикле приезжали, и купались, палатка, шашлыки, пивко, все дела, пока вояки дорогу не закрыли...»

Сын боевитого родителя нетерпеливо чешет щетину на раскрасневшемся от усилий памяти лице, поглаживает бледное пузо, и глядя на свою суховатую спутницу, потягивающую из банки, искренне жалеет, что вояки зачем-то открыли дорогу, ибо в коробке еще шесть банок, а он за рулем.

- Дима! Куда ты пошел!.. Катя, не сыпь сюда, тут мясо! - сиплый голос от мангала, соблазнительно пахнущего жареной свининой.

Кате три, и она самозабвенно лепит куличики, и, старательно копируя материнское «Ой, все!», завистливо глядит на брата.

Брату четыре, и он с не меньшей самозабвенностью тыкает в кнопки PSP, и даже с большей старательностью копирует отцовское «Давай!.. Мимо! Сука…».

Кто-то копается в машине или мясе, изредка поглядывая на аккуратно одетое чадо, роющееся в песке или на пышущую сознанием своей красоты спутницу. Ничего не нарушает спокойствия людей, уверенных в своем счастье, достигнутом и утвержденном. На небе неспешно плывут сиреневые тучи, легкий ветер сдувает комаров, по мосту изредка проезжают самосвалы.

И тут идиллию нарушают два урода. На пыльных велосипедах, он - на ХВЗ без крыльев, с закрученным вверх рулем, она - на китайском, грязном до невозможности идентификации. Весело что-то крича друг другу, они подъезжают к незанятому островку леса невдалеке от воды, он скидывает подвернутые до колен джинсы и аляповатый детский рюкзак, она - шорты, сделанные из брюк с отрезанными штанинами, и стремительно бегут к воде. Они некрасивы до невозможного. Он высокий и тощий, с тонкими ногами; всклокоченные волосы и оттопыренные уши обрамляют лицо, картину завершают круглые маленькие очки. Она худая, с непропорционально широкими, относительно талии, бедрами, коротко остриженные жидкие волосы закрывают узкое лицо с низко посаженным ртом, непропорционально большим носом и тонкими красными губами.

Окружающие смотрят на них со злорадным отвращением, ожидая, как сейчас уроды повернутся, увидев, как холодна вода, но те с разбега влетают в водную гладь, плещут друг на друга и доплывают почти до середины реки.

Сын боевого родителя включает музыку громче, его спутница нервно открывает еще одну банку.

Обладательница непрокрашенных корней презрительно молчит в ответ на дежурный вопрос мужа.

А уроды ныряют, покачиваются на воде, она прыгает на его изогнутую колесом спину, и оба, смеясь, падают в воду, а потом, барахтаясь, встают, кричат и снова кидают друг друга в кипящую от брызг реку.

Берег еще громче включает музыку, кричит «мясо готово», протестуя против ничего не замечающего счастья альтернативной формы жизни.

Она срывает с него очки и плывет вдоль берега, он настигает ее напротив конца пляжа, и, обнявшись, они на несколько секунд скрываются под водой.

Потом, также шумно фыркая и хохоча, они выпрыгивают из воды, дрожа на ветру, бегут к оставленным велосипедам. Он, обмотавшись черным свитером на молнии, снимает и выжимает непомерно широкие трусы, облепившие его спичкообразные чресла, чем вызывает презрительную ухмылку на лице менеджера в розовой футболке. Она тоже что-то снимает, спрятавшись за ним. Затем он достает, растянув свое карикатурное лицо в неестественной улыбке, шоколад и воду из рюкзака. Они наскоро уминают все это, выкатывают велосипеды к трассе, и уезжают .

Тут же пляж оживляется, река наполняется суетливыми криками, арбузами голов и дынями животов. Дряблые блеклые мощи господ жизни наполнили леденящий елей сонной реки. Сами господа оглядываются на спутниц и спутников, оживленно обсуждая исчезнувших уродов...

Перепечатка материалов размещенных на Southstar.Ru запрещена.