Южная звезда
Загружено: Вторник 11 Декабрь 2018 - 15:01:41
ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ № 5
Поэзия
 Андрей Расторгуев
***
Снова потратили в отпуске тысячу баксов.
Снова затягивать пояс до новой зарплаты.
Что тут поделаешь, ежели Север неласков,
дети хворают, а мы ни бедны, ни богаты?

Господи Боже, как осточертела Анапа -
суетный пляж и заросшая зеленью бухта!
Но принимаю, как неотвратимое: надо
вывезти дочек на солнце и свежие фрукты.

Скиснет вино молодое в пластмассовых банках:
мы ведь не пьем - отпиваем из разного сорта.
Август рассыпался грушами на полустанках,
Яблочный Спас над шоссе - ароматом апорта.

Мимо базаров рулишь по кубанским станицам -
жалко до слез, что в багажнике мало простора.
Скоро над ними гусиным лететь вереницам,
что по весне обживают лесные озера.

Пусть и Анапе помашет гусиная стая,
где, как хозяин, курортного ждущий сезона,
наши монетки рачительно перебирая,
Черное море ворочаться будет бессонно.


***
То ли времени вдогонку,
то ль от времени вдали,
вместо третьего ребенка
мы собаку завели.

Но продумали до точки -
голова не босиком:
чтобы стало нашим дочкам
позаботиться о ком.
Чтобы сразу привыкали
делать воле укорот,
чтобы смолоду вникали
в материнский обиход.

Замечательная псина -
не безродный пустолай...
Только, ради Бога, сыном
ты его не называй.

Северная картофельная
Трали-вали, тили-тили -
незатейливый мотив.
Мы картошку схоронили,
ни слезинки не пролив.

Схоронили, заровняли,
не оставили следа.
Тили-тили, трали-вали,
трали-вали, лабуда...

Без опаски вылезают
забубенные ростки,
будто знают: вымерзают
колорадские жуки.

Скороспелый - да не ранний,
вызревает - да не вдруг.
Хоть и Север - а не Крайний,
и не Крайний - а не юг.

По науке, без науки -
Согревается и тут,
Особливо, если руки
Как положено растут.

Робит пашенная, родит,
если сам употчевал,
Если дед, а лучше прадед
целину раскорчевал.
Тили-тили, трали-вали,
полетела лебеда...
Как в России выживали
в доколумбовы года?

***
Бабьим летом, на сытой ярмарке,
В яр да морочный раскардаш
Продавал наливные яблоки
Избоченившийся торгаш.
С прибауткою да прибавкою
Все нахваливал, зазывал
И промеж разговора бабкою
Громко маму мою назвал.
Будь варначьи дела посильными -
Обязательно бы убил...
Будь те яблоки молодильными -
Обязательно бы купил.


***
На ступенях Пушкинского дома
я сижу. Июльская истома
разлита над Соротью. Вода,
льющемуся времени согласна,
движется вседенно и всечасно,
размыкая наши невода.
Тишина в Михайловской селитьбе -
уловить ее да утолить бы
жажду постоянства навсегда.
Но вода течет неумолимо,
тишина опять неуловима.
Истая душа неутолима,
сущая на долгие года
на ступенях Пушкинского дома...


***
Ничем само себя не меря,
течет бессмысленное время.
Хотя с чего оно течет,
когда не существует счет?

Исправно крутится планета -
сменяются зима и лето,
но светом свет не наделен,
покуда не одушевлен.

И как самосознанье мира,
звучит орфическая лира,
и, как вселенская душа,
поет свирель из камыша.

И рассветает мерный стих...
Хотящий да услышит их.
Перепечатка материалов размещенных на Southstar.Ru запрещена.